Интернет-магазин снаряжения для дайвинга и подводной охоты. Санкт-Петербург

 
Распродажа
Главная  >  Информация  >  

Статьи

назад | дайвинг | медицина | безопасность

Несколько вещей о глубоких погружениях, которые ваш инструктор мог не упомянуть


Погружения на нетронутые затонувшие корабли невероятно привлекательны. В поисках таких волнительных спусков на покоящиеся суда некоторые дайверы на Великих Озерах погружаются на сжатом воздухе на глубины, близкие к 60 м или глубже. Некоторые из этих «спорт-дайверов» потратили годы на приобретение навыков, техники и снаряжения, которые позволяют им выживать в этих проникновениях в глубокий, темный, холодный и молчаливый мир, который лежит за пределами спортивного дайвинга на 30-40 метров. Некоторые из них действительно хорошо тренированные искатели приключений. Кто-то назовет их пионерами. Другие бы назвали их как-то менее величественно. Это правда, что некоторые из них ходят с явной хромотой, стоят немного странно (неподвижность в ногах), с трудом вспоминают какие-то вещи или кажутся немного медленно думающими и говорящими. Тем не менее, многие из этих искателей приключений видели великолепие, о котором мало кто когда-либо узнают. Другие «искатели приключений» нашли необыкновенную боль и смерть.

Новички в дайвинге часто не осознают, что успешный глубоководный дайвер потратил десятилетие или более на обретение необходимых навыков, снаряжения и техники для последовательного выживания в глубоких погружениях. Будьте уверены, некоторые из этих дайверов хорошо подготовлены и физически здоровы. Однако эта физическая сноровка была достигнута не за несколько дней или даже лет. Хотя многие из них самоучки, большинство этих глубоководных дайверов учились, когда курсы по дайвингу были дольше, а обсуждения по вопросам физики и физиологии погружений более исчерпывающими. Таким образом, у них был доступ к информации, которая зачастую отсутствует в современном укороченном учебном плане… материалу, необходимому для оценки риска и выгоды. Существуют определенные физиологические проблемы, связанные с глубоководным дайвингом. Поскольку дайверы не дышат водой, ухудшение физиологического состояния может быть угрозой для жизни. Курсы «Глубокие погружения» в спортивном дайвинге попросту недостаточны для ныряния за обозначенные пределы. Дайверы, вынужденные опускаться ниже 30 м, должны подумать о коммерческой, военной или технической подготовке – глубины более 30 м лежат за сферой спортивного дайвинга, где рекреационной техники и снаряжения больше не достаточно. В добавок, обучающие агентства по множеству причин на сегодняшний день не будут расширять пределы обучения за 30-40 м.

Есть те, кто зарабатывает на жизнь погружениями на глубины свыше 30 м. Многие из таких коммерческих дайверов посчитали бы безрассудно смелыми спорт-дайверов, ныряющих в условиях, которые профессионал посчитал бы весьма опасными. Заметьте, что коммерческие операции проводятся по федеральным законам охраны труда (OSHA). Рекреационный и научный дайвинг специфически исключен из этих законов (тем не менее, научный дайвинг осуществляется по похожим правилам, опубликованным Американской Академией Подводных Наук). Если существуют какие-либо отношения работник-работодатель, действуют указанные правила. Эти федеральные законы постанавливают, что все погружения глубже 40 м (а в некоторых регионах 30 м) или любые погружения, требующие декомпрессии, должны проводиться с обслуживающим оператором для каждого дайвера, запасным страхующим дайвером и поверхностной декомпрессионной камерой. Закон уточняет, что судно, используемое в качестве платформы погружений, должно быть лицензировано службой береговой охраны и управлять им должен лицензированный капитан. Контролировать весь процесс должен руководитель, ответственный за соблюдение правил охраны труда. На месте погружений должен присутствовать комплект первой помощи, включая кислород. Закон также требует ведения полного журнала событий и хода погружения. Британское правительство обязывает проводить все погружения глубже 50 м под их юрисдикцией на газовых смесях.

Коммерческие и научные спуски чаще всего проводятся в режиме погружения одного водолаза с приставленным оператором, обеспечение газом с поверхности, используется определенный тип шлема / полнолицевой маски, оборудованный проводной связью. Это снаряжение значительно повышает безопасность дайвера. Системы связи позволяют обеспечивающему персоналу на поверхности отслеживать психологическое и физиологическое состояние дайвера. Контроль за всем погружением на поверхности позволяет минимизировать операционную нагрузку на водолаза, и поверхностный персонал, не находящийся под действием азотного наркоза, может принять решение для спасения жизни. Сухая маска или шлем обеспечивает механическую и термическую защиту головы и лица дайвера. Более важно, они создают сухую атмосферу, в которой можно дышать, если дайвер потеряет сознание.

Коммерческие операции должны проводиться с большим запасом снаряжения и персонала. Это избыточные меры для непредвиденных ситуаций, которые повышают безопасность дайвера. Такая избыточность чаще всего отсутствует в глубоких погружениях спортивных дайверов (подобное снаряжение лежит за пределами финансовых и тренировочных возможностей большинства спорт-дайверов). Таким образом, в глубоких рекреационных погружениях искатель приключений обладает минимальным (если вообще существующим) правом на человеческую ошибку.

Существуют определенные физиологические проблемы, связанные с глубокими погружениями. Они включают в себя:

ПОТЕРЯ СОЗНАНИЯ:

Известно, что дайверы могут внезапно потерять сознание. Это может быть причиной отравления углекислым газом, угарным газом, тяжелой декомпрессионной болезни, утопления (потеря регулятора из-за неисправности, или чаще затруднения его работы на глубине; рвоты из-за морской болезни и последующего вдыхания морской воды и т.д.), гипогликемии, гипертермии, гипотермии, гипоксии из-за неисправности оборудования или неправильных вычислений составляющих газовой смеси, тяжелого азотного наркоза, баротравмы легких во время всплытия (газовая эмболия) или обморока при всплытии.

Каждая специфическая потеря сознания под водой может произойти как следствие уникальной комбинации окружающих, механических (снаряжение) и физиологических факторов. Предсказать уязвимость для каждого дайвера в абсолютных терминах невозможно. Условия, которые могут повысить вероятность потери сознания, включают в себя: низкий уровень сахара в крови (как результат диеты или продолжительной нагрузки), усталость от безостановочной или длительно работы, переохлаждение или перегрев, дегидратация, лекарства (особенно те, в инструкциях для которых есть предупреждения об управлении машинами), беспокойство, страх и неопытность. Опросы показали, что неопытные дайверы часто находятся под наибольшим риском. Если коммерческий или научный дайвер теряет сознание, то он продолжает дышать сухим газом в полнолицевой маске или шлеме; отсутствие ответа от дайвера предупреждает связного на поверхности о том, что имеется проблема. Часто связной на поверхности узнает о проблеме раньше дайвера и может начать предпринимать шаги по ее устранению. Двустороння связь – это жизненно необходимая мера безопасности, часто отсутствующая в спортивном дайвинге. Если рекреационный дайвер теряет сознание, появляется опасение, что регулятор выпадет изо рта, после чего дайвер попытается вдохнуть воду и утонет. В добавок, чтобы выбраться на поверхность, дайвер в бессознательном состоянии должен полагаться на напарника, если он есть.

Сообщество пещерных дайверов отмечало состояние, когда дайвер просто выглядит спящим: глаза остаются открытыми, дайвер ничего, кроме дыхания, не делает. В этом случае регулятор по непонятным причинам остается во рту. Люди, спасенные своими напарниками, не вспоминают каких-либо предупреждающих знаков. В пятнадцати опубликованных случаях все дайверы осуществляли самое глубокое в их жизни погружение.

ОТРАВЛЕНИЕ УГЛЕКИСЛЫМ ГАЗОМ:

Углекислый газ является нормальным побочным продуктом метаболизма человека. Чем больше работы произведено, тем больше СО2 сгенерировано. Человек в плохой физической форме при выполнении одинаковой нагрузки может производить в 2-4 раза больше СО2, чем человек в хорошей форме. На глубине плотность дыхательного газа возрастает. Это увеличивает работу, связанную с дыханием и может приводить к недостаточной вентиляции легких. Для дайверов важно понять, что при плавании с аквалангом СО2 появляется из внутренний химии их организма, а не из газа, которым они дышат. Проблему создает невозможность организма вывести этот побочный продукт. Это означает, что углекислый газ может стать значительной проблемой при глубоких погружениях.

Симптомы накопления СО2 обычно начинаются с ускорения темпа дыхания. Часто это выражается в ощущении, что регулятор не подает достаточно газа. Это может привести к ошибочному заключению, что дайвер находится в критической ситуации «без газа». Это ощущения недостатка воздуха может сопровождаться чувством сжатия вокруг грудной клетки, обильным потоотделением, легкостью в голове или головной болью. Головная боль обычно представлена сильной болью по центру лба. Этот «углекислый удар», ощущение полной недостаточности дыхания, может стать ужасным событием. Подводные «углекислые удары» могут запросто привести к панике. Паника способна вызвать неконтролируемый «рывок» к поверхности. Такое паническое всплытие может вызвать церебральную газовую эмболию. Однако, дайвер, работающий на глубине, может практически не иметь предупредительных симптомов накопления СО2 перед потерей сознания. Повторюсь, потеря сознания под водой в снаряжении для рекреационного дайвинга оставляет низкую вероятность выживания. В добавок, считается, что СО2 повышает вероятность возникновения декомпрессионной болезни, азотного наркоза и кислородного отравления. Если дайвер понимает, что начинает появляться проблема с накоплением СО2, ему следует остановить любую активность и начать медленно и глубоко дышать до тех пор, пока различимые симптомы не пропадут. Разумно немного отдохнуть после того, как симптомы ушли, и продолжить движение с более медленной скоростью. Заметьте, что наиболее опытные дайверы развивают паттерн медленного дыхания, что означает постоянно высокий уровень СО2 во время погружений. Работа, совмещенная с плохой физической формой, усугубляет проблему. Также считается, что насыщенные кислородом газовые смеси могут усиливать накопление углекислого газа.

ОТРАВЛЕНИЕ УГАРНЫМ ГАЗОМ:

Не смотря на тенденцию винить в потере сознания это расстройство, это наблюдается редко. Углекислый газ в основном появляется в результате неполного сгорания. Он может присутствовать в воздухе, заправленном из неисправленных компрессоров (как электрических, так и бензиновых) или попадать в воздухозаборник компрессора из таких источников СО, как керосиновый фонарь, бензиновыйдизельный двигатель или сигаретный дым. СО связывается с гемоглобином в 200 раз сильнее, чем кислород. Это означает, что гемоглобин, прореагировавший с СО, не будет переносить кислород. Отсутствие кислорода может быть фатальным. Интенсивность поглощения СО зависит от его концентрации во вдыхаемом газе, частоты дыхания и времени экспозиции. Симптомы могут включать в себя: фронтальную головную боль, тошноту, покалывание в пальцах рук и ног, легкость в голове, нарушения зрения или потерю сознания без предупреждений. Часто цитируемый фиолетово-красный цвет губ и ногтей является очень ненадежным признаком и может быть виден только на вскрытии. На глубине повышенное парциальное давление кислорода может скрыть часть гипоксии, создаваемой лишенным кислорода карбоксигемоглобином. При всплытии гемоглобин все еще будет связан с СО, но понижающееся парциальное давление кислорода не будет больше это компенсировать, и потеря сознания произойдет без предупреждения.

Наконец, стандарты американской армии по чистоте сжатого воздуха для дыхания позволяют иметь не более 20 ppm углекислого газа. Дым из американской сигареты обычно содержит около 4% (20 000 ppm) СО. Средний вдох курильщика содержит около 500 ppm СО. Это означает, что выкуривание сигареты непосредственно перед погружением сделает 3-7% гемоглобина неспособным переносить кислород. Способность эритроцитов переносить кислород будет снижена еще 5-8 часов после курения. Вдыхание дыма, активное или пассивное, снизит активность красных кровяных клеток по переносу кислорода, и это снижение в эффективности может сыграть роль в производительности на глубине.

ДЕКОМПРЕССИОННАЯ БОЛЕЗНЬ:

Риск долговременного повреждения тканей возрастает с увеличением глубины. Многим рекреационным дайверам создали впечатление, что ДКБ – легкая болезнь. Это просто не правильно. «Кессонка» может убить, но чаще всего она калечит. Статистика DAN показывает, что лечение в барокамере требуется более чем 500 дайверам в год. После трех месяцев последующего лечения 13% из них все еще имеют следы остаточных повреждений. Тяжелые случаи ДКБ у спорт-дайверов наиболее часто включают повреждения спинного мозга. Это значит, что все, что находится «южнее» (ниже) самого высокого поражения будет повреждено. Наиболее часто страдают опосредованные спинным мозгом функции, связанные с хождением, мочеиспусканием, дефекацией и половой сферой. Если вам нравится ходить без палочки или инвалидного кресла, самостоятельно оправляться в туалете или заниматься сексом, развитие некоторого понимания ДКБ и способов ее предотвращения стоит потраченного на это труда. (Недавний национальный опрос, опубликованный в журнале Skin Diver, указывает на то, что примерно 60% опрошенных из дайверского сообщества не смогли распознать симптомы ДКБ, и почти каждый недавно проведенный опрос рекреационных дайверов указывает на то, что более 50% из них не способны планировать погружения с использованием декомпрессионных таблиц).

Реальная угроза ДКБ в том, что это часто прогрессирующее заболевание; оно может ухудшаться до начала лечения. В Северной Америке время от начала появления симптомов до начала лечения часто превышает 12 часов. Именно эта отсрочка может быть очень разрушительной. Считается, что чем больше интервал между наступлением тяжелых симптомов и началом рекомпрессии, тем меньше шанс полного восстановления. В это время сформировавшиеся пузырьки продолжают нарушать или уничтожать функции организма. Ключ к успешному восстановлению после кессонки заключается в немедленном распознании симптомов и немедленного предоставления для дыхания кислорода наибольшей имеющейся концентрации (возможно в маске). Всегда необходимо обращаться за лечением или медицинской консультацией. Не распознание или игнорирование симптомов может привести к тому, что заболевание создаст больше повреждений. Хоть и существуют анекдотические истории о внезапном исчезновении симптомов ДКБ без специализированного лечения, всегда остается вопрос потенциального долгосрочного повреждения, даже если клинические признаки отсутствовали или пропали.

Проблемы, связанные с ДКБ, могут в основном быть названы «проблемой пузырька». Когда бы пузырьки не сформировались, они блокируют нормальное функционирование организма. Это может предотвращать нормальный обмен веществ и кислорода, позволяя накапливаться продуктам метаболизма, что, в свою очередь, приведет к разрушению клеток. Продолжают накапливаться медицинские доказательства того, что возможно постепенное разрушение нервной ткани в результате многократных глубоких погружений. Считается, что эти повреждения могут возникать даже без присутствия каких-либо клинических симптомов (например, боль в суставах и т.д.), классически связанных с ДКБ. Начальные исследования (хоть и далеки до завершения) указывают на то, что у коммерческих дайверов 24-39 лет наблюдается заметное ухудшение кратковременной памяти и способности мыслить. Результаты аутопсии трех глубоководных водолазов, умерших от не связанных с дайвингом причин, говорят о явной деградации ткани спинного мозга, которая, как считается, вызвана погружениями. Также существуют некоторые, хотя и противоречивые факты, указывающие на ухудшение кровотока в сетчатке в результате глубоких погружений с последующими проблемами зрения. Данные на основе измерений биохимического состава крови и мочи дайверов говорят о том, что в печени на глубинах от 30 м также могут иметь место определенные повреждения.

Человеческий организм – это замечательная биохимическая машина с большим запасом прочности. Он может переносить какие-то повреждения ткани, которые могут быть скомпенсированы этим запасом прочности. Однако многочисленные повторные экспозиции в условиях повреждения ткани в конечном счете приведут к потере функции.

Основная мысль: Статистика DAN говорит о том, что погружения ниже 25 м представляют собой фактор риска для рекреационных дайверов (более 70% случаев лечения ДКБ в DAN приходится на рекреационные погружения глубже 25 м). Чем глубже и чаще случаются глубокие спуски, тем больше риск долгосрочных неврологических повреждений. Предсказать тип и тяжесть таких физиологических недугов невозможно.

АЗОТНЫЙ НАРКОЗ:

Многие спорт-дайверы считают чувство возбуждения, связанное с наркозом, желаемым событием. Это отражает отсутствие понимания опасностей, связанных с дыханием сжатым воздухом на глубине. Азот физиологически инертен (не усваивается в ходе метаболизма), но он растворяется в тканях организма. Чем больше азота растворяется (помните закон Генри), тем больше его взаимодействие с нервной системой. Чем больше азота присутствует, тем более вероятна потеря производительности. Результат – ухудшение умственных способностей, деградация нервно-мышечной производительности и изменения в настроении и поведении. Эффекты наркоза представляют значительную опасность для дайвера, поскольку он увеличивает риск несчастного случая из-за неспособности выполнять действия на глубине и понижает уровень восприятия проблем дайвером. Прямая травма (кроме кратковременной потери памяти) от азотного наркоза маловероятна. Опасность состоит в том, что люди не дышат водой. Под действием наркоза дайверы могут принимать неподходящие решения, подвергающие их риску (например, полное снятие жизненно необходимого снаряжения на глубине). Деградация производительности и восприятия, вызванная наркозом, часто называется основной причиной ограничения пределов спортивного дайвинга 30-40 метрами (исторически, однако, американская армия использовала предел 40 м, поскольку он считался наибольшей глубиной, на которой водолазы могли производить полезную работу при дыхании из двухшлангового регулятора (как в АВМ-1 (прим. переводчика)).

Существует заметная вариация в восприимчивости к азотному наркозу, и она не предсказуема. Соответственно невозможно уровнять абсолютные симптомы, наблюдаемые с глубиной. Некоторые дайверы могут подвергаться наркозу на глубинах 24-27 м или даже меньше (результаты экспериментов показывают, что наркотическое действие азота достоверно начинает проявляться с 10 м (прим. переводчика)). Эффекты наркоза могут варьировать в пределах одного дайвера от дня к дню. Психологическая деградация начинается в течение нескольких минут с момента достижения глубины и ухудшается с последующим погружением. Высшие нервные функции, такие, как способность мыслить, принимать жизненно важное решение, помнить недавние события, выучивать новые задания и фокусировать внимание на специфическим задании, поражаются в первую очередь (одна из причин обязательного наличия проводной связи у коммерческих водолазов состоит в том, что персонал на поверхности может следить за способностью дайвера функционировать и напоминать ему, что нужно делать). В теплой прозрачной воде дайверы могут сначала чувствовать эйфорию и чрезмерную уверенность в себе.. что-то типа «Делай что хочешь…», которое возникает от вдыхания закиси азота (веселящий газ) в кабинете стоматолога. В холодной воде с ограниченной видимостью, где не видно ни дна, ни поверхности, у дайвера может развиться предчувствие беды или грядущей смерти. Это чувство гибели может перерасти в ужас и панику. С увеличением глубины возрастает прогрессивное ухудшение физических и умственных навыков. Дайвер может почувствовать дремоту, могут возникать галлюцинации и навязчивые идеи. Некоторые дайверы могут замечать сужение поля зрения, будто смотрят через узкую трубку. Для дайвера под наркозом вполне обычно забыть цель погружения. Одна из причин, почему глубоководные рекреационные дайверы фотографируют, в том, что часто они не могут вспомнить, что они видели во время погружения. Краткосрочная амнезия – обычное следствие азотного наркоза. Фотографии, если они читаемы, говорят им, что они, по крайней мере, были где-то рядом с затонувшим кораблем. Азотный наркоз усиливается высокими уровнями СО2, беспокойством, холодом, утомлением и лекарствами, особенно седативными препаратами и алкоголем. Известны анекдотические рассказы о том, что у женщин во время месячных наркоз проявляется на меньших глубинах и с более выраженными симптомами.

Азотного наркоза легко избежать с осмысленным применением здравого смысла. Простое ограничение погружений глубиной 27 м с наибольшей вероятностью исключит большинство проблем наркоза. Всплытие, когда симптомы осознаны, облегчит физиологические ухудшения, вызванные наркозом. Облегчение на всплытии обычно происходит быстро.

Основная мысль: если вы человек и погружаетесь глубже 27 м на сжатом воздухе, то ваше нормальное физиологическое состояние будет ухудшено, и предсказать серьезность вашей неспособности функционировать невозможно.

ОТРАВЛЕНИЕ КИСЛОРОДОМ:

Кислород является компонентом воздуха, которым мы дышим. Организм использует химические реакции, основанные на кислороде, для генерации тепла и химической энергии. Именно процесс, называемый метаболизмом, позволяет нам жить. Кислород вступает в химические реакции со многими различными субстанциями. Скорость вступления кислорода в реакции с другими химическими составляющими организма частично определяется парциальным давлением кислорода в газовой смеси, которой мы дышим. С погружением в толщу воды мы повышаем парциальное давление всех газов, включая кислород, следовательно, реакции с участием кислорода также усиливаются. Некоторые из продуктов окисления могут обладать вредным воздействием на человека. Непосредственный механизм этих вредных воздействие еще не понят.

Высокие концентрации кислорода влияют на центральную нервную систему различными путями. Наблюдаемые симптомы, которые могут появляться поодиночке или в любой комбинации, включают в себя тошноту, рвоту, легкость в голове, легкое головокружение, способное перерасти в тяжелое головокружение, звон в ушах, чувство надвигающегося упадка сил, обильное потоотделение, замедление частоты сердечных сокращений, туннельное зрение, подергивание мышц (особенно вокруг рта и в области лица), сужение зрачков, общие судорожные сокращения периферической мускулатуры, икоту, амнезию, галлюцинации и замешательство. Симптомы могут свестись к большому судорожному припадку эпилептического типа, который может возникнуть без предупреждения. Большой судорожный припадок на глубине в рекреационном снаряжении считается событием с низким шансом на выживание. Повышенная физическая активность, возбужденное состояние или беспокойство, а также перегрев на глубине, по всей видимости, увеличивают риск возникновения кислородного отравления. Восприимчивость того или иного дайвера к кислородному отравлению предсказать не возможно. Сейчас считается, что это зависит от индивидуального биохимического состояния человека в день погружения. Однажды проведенный «тест на устойчивость» больше не считается надежным.

Было принято считать, что если дайвер дышал газом, содержащим менее 2 АТА рО2, то потенциальные проблемы кислородного отравления устранены. Это соответствует дыханию чистым кислородом на глубине 10 м и больше не является принятым подходом. Современная практика избегает дыхания газом с парциальным давлением кислорода более 1,6 АТА (6 м на 100% кислороде, 66 м на воздухе) или даже меньше. Кислородные судороги наблюдались у дайверов, погружавшихся на воздухе, на глубинах порядка 67 м. Эти наблюдения говорят о том, что для избегания приступов острого кислородного отравления погружения на сжатом воздухе не должны превышать глубину в 55 м.

Существуют другие проблемы, которые могут возникать из практики дыхания чистым кислородом на глубине (во время декомпрессионных остановок). Некоторые медицинские специалисты считают, что 100% О2 при повышенных давлениях является клеточным ядом. Дыхание чистым кислородом при повышенном давлении в течение долгого времени может вызывать аномалии в красных кровяных клетках, переносящих кислород в организме. Высокие концентрации О2 могут приводить к сужению сосудов глаза и приводить к проблемам зрения. В добавок, высокие концентрации кислорода могут создавать мягкую потерю слуха, которая может возникнуть спустя часы после погружения и пропасть только через день или около того. Высокое парциальное давление кислорода также было предложено считать относящимся к возникновению дисбарического остеонекроза («костной смерти» - обычно наблюдаемой у глубоководных коммерческих водолазов; это заболевание со временем может потребовать замены суставов костей искусственными приспособлениями).

Основная мысль: потенциал возникновения массивного судорожного припадка и последующей смерти, вызванной отравлением кислородом, делает погружения глубже 55 м на сжатом воздухе в рекреационном снаряжении занятием с экстремально высоким риском. Многие водолазные специалисты считают, что при погружении на воздухе глубже 60 м кислородное отравление является большим риском, чем азотный наркоз.

ОБМОРОК ПРИ ВСПЛЫТИИ:

Это приписывается непредсказуемой кратковременной потере сознания, которая может происходить из-за частичной задержки дыхания на всплытии. Считается, что это вызвано расширением газов в грудной полости, которое влияет на отток венозной крови. Снижение возвращения венозной крови к сердцу понижает минутный сердечный выброс крови. Пониженное поступление крови к голове вызывает потерю сознания. В рекреационном снаряжении потеря сознания под водой может привести к выпадению регулятора и последующему утоплению.

НЕОБЪЯСНИМОЕ ПОВЕДЕНИЕ:

Эффекты давления на физиологию и психологию человека непредсказуемы, а гипербарическая медицина еще не является точной наукой. Известно, что дайверы по неясным причинам проявляют поведение, противоположное поведению выживания. Например, я плыл с дайвером вдоль вертикальной скальной стенки на глубине 8 м, на том момент мы находились в воде на втором погружении 18 мин (после 15-ти минутного погружения на корабль на глубину 33 м при температуре воды 5 С и поверхностного интервала 2 ч. 10 мин.). Мы обменялись сигналами поворота погружения назад и подтверждениями, после чего дайвер развернулся и направился прямо ко дну. Он был уже на 18 м, прежде чем я снова установил с ним контакт и обеспечил контроль над ситуацией. Когда я догнал его, то взял за плечо и повернул так, чтобы мне было видно его лицо. Это выглядело так, будто я разбудил дайвера от глубокого сна. Дайвер, даже с подсказками свидетелей, не помнил всего случившегося. Спустя несколько лет этот случай до сих пор остается необъясненным.

РИСК: РЕАЛЬНЫЙ ИЛИ ТЕОРЕТИЧЕСКИЙ?

На глубине 76 м в Великих Озерах лежит затопленный корабль «Гунильда»; поскольку он имеет историческое значение и располагается поблизости к канадскому берегу, за дайверской активностью на этом судне ведется контроль. На сегодняшний день его посетили 26 дайверов. Двенадцать из них (работая по коммерческим протоколам) зарегистрировали 136 погружений на этот корабль. В этой группе одно погружение потребовало лечения тяжелой ДКБ (у дайвера, имевшего 34 погружения на этот рэк), смертельных случаев не было. Также были 14 спорт-дайвера с рекреационным снаряжением, которые зарегистрировали 33 погружения. Из этих 33-х погружений 9 (27%) привели к тяжелой ДКБ, которая требовала лечения в барокамере; 5 (15%) погружений были отменены из-за тяжелого наркоза так, что дайверов требовалось спасать; было также два (6%) смертельных исхода. В добавок, двое из выживших дайверов (по одному из каждой группы) в последствии погибли на другом рэке.

Численность спорт-дайверов, посетивших этот корабль, невелика. Они видели потрясающее зрелище. Не все из них были явно травмированы, однако было два смертельных исхода и высокий процент случаев ДКБ, требующих лечения. Из этого, конечно, маленького обзора видно, что погружения на 75 метров на сжатом воздухе действительно подвергают рекреационных дайверов значительному риску.

Наиболее интересно слушать этих глубоководных искателей приключений после лечения. Один дайвер, после того, как покинул барокамеру вопреки совету врача, заявил, что он не ощутил «проблемы наркоза» на 76 м на сжатом воздухе (помните, краткосрочная амнезия вполне обычное последствие). Этот дайвер продолжал заявлять, что кессонка причиняла только «легкую» боль (возможно, легкость боли может быть приписана морфину, который вкалывала этому дайверу команда скорой помощи на пути в барокамеру).

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ МЫСЛИ:

Никто не имеет права ограничивать ваш персональный стиль занятия рекреационным дайвингом. Ли Сомерс, офицер безопасности дайвинга университета Мичигана и один из Отцов Основателей нашего спорта, называет это «ПРАВО УМЕРЕТЬ» (игра слов “RIGHT TO DIvE”, прим. переводчика). Дэн Орр, координатор по обучению DAN, называет глубоководный спортивный дайвинг «упражнением по естественному отбору». Решение рисковать жизнью и спинным мозгом ради рекреационного приключения возложено на каждого дайвера. Это решение в пользу риска (потеря жизни или, может быть, только небольшое ухудшение умственных способностей, способности ходить, оправляться в туалете без чужой помощи или заниматься сексом) или выгоды (приключение, возбуждение, статус или слава) следует, однако, базировать на знаниях и оценке актуальных вытекающих рисков.

Однажды я спросил очень хорошо тренированного и очень известного спорт-дайвера Великих Озер о погружениях на экстремальные глубины на сжатом воздухе без избыточности коммерческого снаряжения и персонала. Мой вопрос: «Что ты будешь делать в одиночку на глубине 75 м под влиянием наркоза, чтобы справиться с отказом оборудования?» Его ответ: «Я погибну». Этого достаточно! Решение погружаться на «глубины искателей приключений» индивидуально возлагается на каждого дайвера. Выбирайте благоразумно!

Благодарности:

Автор хотел бы выразить свою признательность Карлу Хаггинсу, Дэну Орру и Ли Сомерсу за часы стимулирующих разговоров на эту тему. В особенности он хотел бы поблагодарить Карла за тестирование емкости его автоответчика импровизированной дискуссией о глубоководных дайверах «Гунильды».

Ссылки:

  1. Bennett, P. Dovenbarger, J. & Corson, K. "Etiology And Treatment Of  Air Diving Accidents," in Bennett, P. & Moon, R. (Eds.) DIVING  ACCIDENT MANAGEMENT, Undersea and Hyperbaric Medical Society, Bethesda, MD. 1990, p. 12-22
  2. Bove, A. & Davis, J. (Eds.) DIVING MEDICINE, 2 nd Edition, W.B. Saunders, Philadelphia, PA. 1990.
  3. Edmonds, C. Lowry, C. & Pennefather, J. DIVING AND SUBAQUATIC MEDICINE, 2 nd Edition, Diving Medical Centre, Mosman, Australia, 1981.
  4. Exley, S. BASIC CAVE DIVING, NSS-CDS, Jacksonville FL. 1979.
  5. Gorbett, D. "Straight Talk From A Commercial Diver," Lake Superior Newsletter, Number 10, February-April, 1990, p. 1-3.
  6. Hill, R.K. "Rubber Rulers", Sources, July/August, 1989, p. 37-38.
  7. Kindwall, E. & Cumming, J. "Decompression Survey Report", guest feature in Bove, F. "Diving Medicine," Skin Diver, March, 1989. p.32-36.
  8. Monaghan, R. "Dying By Pieces-Soft Tissue Damage In Divers", Sources, Sept/Oct, 1990, p. 48-51.
  9. Schilling, C. (Ed.) THE PHYSICIAN'S GUIDE TO DIVING MEDICINE, Plenum Press, New York, NY. 1984.
  10. Somers, L. "The Depth and Gas Dilemma" In Press, NAUI IQ 1991 Proceedings.
  11. Somers, L. OCCUPATIONAL SAFETY AND HEALTH STANDARD FOR SCIENTIFIC DIVING OPERATIONS, University Of Michigan, Ann Arbor, MI. 1990.
  12. Somers, L. "The Right To DIvE", Unpublished Manuscript, 1990.
  13. State Of Michigan Departments Of Public Health And Labor, "A Standard For Diving Operations," Michigan State Department Of Public Health, Lansing, MI. 1979.
  14. U.S. Coast Guard, "Provisions For Commercial Diving Operations," Federal Register, 43, (222), November 16, 1978 as reproduced in Appendix D of: Malatich, J. & Tucker, W. TRICKS OF THE TRADE FOR DIVERS, Cornell Maritime Press, Centreville, MD. 1986.
  15. U.S. Department Of Labor, "Educational/Scientific Diving Standards," Federal Register, 50 (6), June, 1985, p. 1046-1050 as supplied by the AAUS

Ларри Тейлор - координатор безопасности дайвинга в университете Мичигана, США

Перевод с изменениями: Антон Черкасов

This article is made available as a service to the diving community by the author and may be distributed for any non-commercial or Not-For-Profit use. All rights reserved.